<<- previous letter | back to main page | next letter ->>

18.11.99. Итак, Ельцин благополучно прилетел в Стамбул. В аэропорту он сказал провожающим журналистам следующее: "Миссия нелегкая. Я еду с хорошим настроением. Надеюсь, что здравый смысл у тех, у кого он еще не созрел, созреет благодаря моей напряженной работе".

Сегодня Ельцин должен встретиться с Клинтоном. В делегацию входят Сергеев, Иванов и Шойгу.

Между прочим, появилось множество сообщений о том, что в Стамбул на саммит ОБСЕ приедет Масхадов. Официального подтверждения этого сообщения нет, но МИД России на всякий случай предупредил Турцию, что выдача въездной визы Масхадову недопустима.

Совсем недавно распространено сообщение, что в Стамбул все-таки приехала группа из пяти чеченцев во главе с Мовлади Удуговым. Совет обороны Чечни постановил, что президент не должен покидать республику в такое напряженное время.

А вот президент Эстонии Леннарт Мери в Стамбул не поехал, хотя и должен был. В знак протеста против пассивной позиции европейских стран по чеченской проблеме. Из всех бывших прибалтийских республик СССР Эстония всегда занимает самую недоброжелательную позицию.

Зато в Москву приехал муфтий Чечни Кадыров. Он недавно перешел на сторону оппозиции Масхадову, и теперь его принимали Путин и Селезнев и вели переговоры.

Дума тоже проявила активность. Она приняла специальное постановление, в котором выражает поддержку правительству в его действиях против боевиков. В постановлении не рекомендуется вступать в переговоры с представителями нынешней чеченской власти.

В самой Чечне по-прежнему активные наземные боевые действия не ведутся. Зато "работает" авиация. Правительство Грузии выразило протест в связи с тем, что на территорию этого государства были сброшены бомбы. Военные ответили, что бомбили и обстреливали ракетами базу боевиков, расположенную в пяти километрах от грузинской границы. Это перевалочный пункт, куда попадают наемники и оружие. В доказательство приведена специальная съемка, сделанная с вертолета. Хорошо видна база, большая, но совершенно непонятно, где здесь граница. Может, и база в Грузии?

В освобожденных районах вся власть принадлежит военным комендатурам. Не хватает больниц, местные жители обращаются в военные госпитали и госпитали МЧС. В то же время здесь же отлично оборудованная частная больница, в которой за плату могли лечиться богатые чеченцы. Военный комендант одного из районов генерал Ковров эту больницу реквизировал и "передал в собственность народа".

Теперь другие новости. В Праге торжественно отмечают десятилетие "бархатной революции". Гавел принимает почетных гостей, руководителей государств того времени, которые сделали возможной победу этой революции: Горбачева (прилетел с дочерью Ириной), Буша (с женой Барбарой), Валенсу, Коля, Маргарет Тетчер. Всем им сегодня должны вручить высшую награду Чехии - орден Белого Льва.

Очередной скандал в Петербурге. Там районный суд принял решение об изменении меры пресечения депутату городского законодательного собрания Юрию Шутову. Шутова освободили прямо в зале суда, но через несколько минут в зал ворвались бойцы в масках (какой-то ОМОН, причем до сих пор неизвестно, какой именно: все открещиваются), снова арестовали Шутова и увели в прокуратуру. Там он провел ночь, а утром ему предъявили новое обвинение - в подготовке заказного убийства тележурналиста Невзорова. Прокуратура направила протест на решение суда. В протесте говорится: "Изменение меры пресечения для человека, который подозревается в организации семи заказных убийств, вызывает у прокуратуры сомнения".

Невзоров рассказал, что прокуратура давно предупредила его о том, что на него готовится покушение. Он говорит, что материалы, которые представила прокуратура, вполне убеждают, что покушение готовилось. И он даже знает заказчика, потому что это не идея самого Шутова.

А законодательное собрание города приняло постановление, в котором протестует против ареста Шутова.

Перехожу к обзору прессы.

Евгений Крутиков, по-моему, появился в "Известиях" сравнительно недавно. Теперь это один из самых интересных и уж явно самый плодовитый автор газеты. Пишет он в основном о Северном Кавказе, но и о другом может рассказать.

Я переписываю две его статьи из очередного номера.

Тема первой статьи - провокация как метод работы. Дело в том, что МВД проводит проверку своих подразделений. Результаты удручающие.

Так, в Петербурге у самого здания ГУВД долго стоял подозрительный автомобиль, загруженный мешками с сахаром. Никто на него не обратил внимания. После того, как об этом стало известно, начальник петербургского ГУВД Виктор Власов добровольно подал в отставку.

В Москве другое дело. На заседании межведомственного штаба по борье с терроризмом (того самого, который создал Ельцин после взрывов в Москве и которым руководит Рушайло) был продемонстрирован видеофильм, из которого следовало, что учебные закладки проводились проверяющими в здании на Петровке, 38, на дамбе Химкинского водохранилища (если бы это была настоящая взрывчатка, вода смыла бы Тушино и окрестности), а также на ряде других важных для обеспечения жизнедеятельности города объектов.

Никто из многочисленных работников милиции, которые охраняют эти объекты, никакого внимания на подозрительную деятельность не обратил.

Начальник милиции Москвы Куликов, пользующийся поддержкой Лужкова, в отставку уходить не собирается.

БОИ БЕЗ ПРАВИЛ

Евгений Крутиков

Один из последних советских руководителей КГБ, увлекающийся максимами в стиле поэта Вишневского, утверждал, что "эта профессия (имеется в виду разведка и контрразведка) просто дает возможность использовать отрицательные черты характера на благое дело". То, что произошло вокруг внутренней проверки готовности ГУВД Москвы к борьбе с терроризмом, проведенной общефедеральным МВД и заснятой на видеопленку в виде учебного пособия "как нельзя работать", - прекрасная иллюстрация этого определения характера деятельности спецслужб.

Жанр провокации присутствует в деятельности спецслужб всегда. Подойти к человеку на улице и сунуть ему в руки некий пакет, сфотографировать его в тот момент, когда человек этот самый пакет инстинктивно возьмет, а затем шантажировать его этой фотографией: "получил, мол, пакет с деньгами" или что-нибудь в этом роде. Открыть счет на имя ничего не подозревающего человека и скачивать туда деньги из заведомо подозрительных источников, а затем опять же шантажировать. Все это - норма для спецслужб.

Сомневающимся в чистоте приемов можно напомнить, что иных методов работы, кроме заведомо не согласующихся с общечеловеческой моралью и этикой, спецслужбы еще не придумали, несмотря на несколько тысячелетий своего существования. Потому и работают в них очень специфические люди, считающие, что их цель или моральный долг (настоящий или придуманный) оправдывает эти средства, как и саму профессию.

Система антитеррора в Москве действительно не функционирует. Факт остается фактом: в столице можно организовать практически любой террористический акт, и все разговоры о том, что с терроризмом надо бороться ДО, а не ПОСЛЕ совершения теракта, так и остались для московской милиции пустыми словами. Система неуправляема. Даже если начальник ГУВД Куликов и отдавал правильные и верные приказы и распоряжения, дальше его собственных замов они не уходили, а о том, чтобы действительно бороться с угрозой терроризма на уровне райотделов милиции, и говорить нечего.

Это не оскорбления в адрес московской милиции, а, к несчастью, реальность. И снятый отделом внутренних расследований почти учебный фильм, демонстрирующий беспомощность московской милиции как государственного института, - тоже реальность, спорить с которой по существу предмета нет никакого смысла и самим московским милиционерам, и противникам демонстрации этого фильма по государственному телевидению.

У этого события, однако, есть и совсем иной пласт. Задумаемся, был ли еще реально хоть один шанс добиться ощутимого эффекта в работе ГУВД Москвы, кроме как публично унизить через "голубой экран" московскую милицию как структуру и конкретно ее нынешнего руководителя? Реально - не было. Система, к сожалению, выстроена на персональной подчиненности генерала Куликова мэру Москвы, а, следовательно, отставка начальника ГУВД могла последовать только в самом крайнем, экстренном случае. Можно, конечно, полагать, что отставка Куликова - способ политического давления на Юрия Лужкова и попытка министра МВД Владимира Рушайло посадить на высокий пост в Москве "своего человека". Но отменяет ли это необходимость бороться с терроризмом и радикально реформировать систему ГУВД Москвы?

То, что федеральное МВД имело полное право на использование метода провокации для проверки готовности ГУВД Москвы, - бесспорно. Вопрос в другом - имел ли право канал РТР демонстрировать пленку, которая изначально была предназначена для другой аудитории? Впрочем, еще одного взорванного дома или чего-нибудь похуже Москва спокойно уже не перенесет.

Второй материал Крутикова связан с Чечней.

СМЕРТЬ ШПИОНА

Евгений КРУТИКОВ

Первым о нем заговорил не кто иной, как британский генерал Майкл Роуз, командовавший миротворческими силами в Боснии и Герцеговине. По словам генерала, "этот парень" пытался наставить его на путь истинный и требовал принять жесткие меры против сербов (речь шла о конкретном случае, когда Роуз отказался атаковать сербские силы, мешавшие мусульманским отрядам вблизи Сараево). Генерал выгнал "нахала" (по его собственным словам) взашей.

Но он вернулся.

Фред Кьюни был легендарной личностью. В Сараево он приехал как представитель техасской строительной фирмы, которой владел на паях с отцом и братом. У него был подряд на сугубо мирное строительство, которое в условиях блокады Сараево становилось жизненно важным для всей системы стратегической обороны столицы Боснии. Фред Кьюни построил в Сараево новую систему водоснабжения и вывел ее из общей системы снабжения водой центральной Боснии, что позволило бесконечно долго продолжать оборону города, не испытывая недостатка в воде. Кьюни был одним из тех "тихих американцев", которые выиграли войну в Боснии и, кстати, неплохо на этом заработали.

Затем Кьюни видели в Северном Ираке. Он что-то там такое делал с беженцами-курдами.

Что - точно никто не знает. Его несколько раз встречали знакомые журналисты из американских и британских газет, причем каждый раз Фред был страшно занят в лагерях курдских беженцев. Его пребывание в Северном Ираке совпало с подготовкой ЦРУ покушения на Саддама Хусейна руками курдов и затем общекурдского восстания, с помощью которого пытались развалить Ирак как государство.

Затем Фред Кьюни ненадолго исчез. Вновь его увидели уже в пятизвездочной гостинице "Асса" в Ингушетии, где молодой и симпатичный американец, неплохо говоривший по-русски и пытавшийся выучить чеченский и ингушский языки, проводил вечера, занимая один из самых лучших номеров. Кьюни любил выпить с ингушами и российскими военными, а наутро на попутных машинах отправлялся в Чечню, где проводил весь день. а иногда и оставался ночевать, хотя никто никогда не знал, где и у кого. На тумбочке у кровати в номере Фреда Кьюни - представителя строительной фирмы, собиравшейся восстанавливать разрушенную Чечню, - оставалась книга Джона Ле Карре "Наша игра", главный герой которой - интеллектуал, агент британской разведки - так проникается идеями борьбы за независимость ингушского и чеченского народов, что бросает все и приезжает на Северный Кавказ бороться против колониальной политики России.

Фред Кьюни обладал неким планом мирного урегулирования в Чечне, который несколько раз обговаривал с Джохаром Дудаевым и его окружением и даже имел полномочия вести переговоры с людьми из любого чеченского правительства. Мы так и не узнаем, кого именно представлял скромный техасский парень, который практически всегда старался расположить к себе собеседника и заразительно смеялся, демонстрируя только исконно американские черты характера - непосредственность, граничащую с хамством, и самоуверенность.

В Чечне им занимался Абу Мовсаев - тогда начальник Департамента государственной безопасности (ДГБ), чеченской контрразведки, бывший прораб-строитель с гитлеровскими усиками и пронзительным гестаповским взглядом. Его любимым методом обращения с журналистами (а через знакомство с Абу прошли почти все наши коллеги, занимавшиеся Чечней) было встретить репортера в маленькой комнатке в каком-нибудь захолустье, сидя за столом с лежащим на нем автоматом, и поинтересоваться: "Ты знаешь, что я могу с тобой сделать?". И у него были для этого методы.

Мовсаев был неплохим контрразведчиком, но он был чеченцем до мозга костей, к тому же ему мешало отсутствие настоящего образования. К концу войны он каждого приезжего считал шпионом и уже ни с кем не церемонился. Именно на этом и сыграли те, кто передал Абу Мовсаеву информацию о том, что якобы в машине Красного Креста, выезжающей в сторону Ачхой-Мартана из Ингушетии, находится российский шпион. Люди Мовсаева задержали машину, в которой находились два врача Красного Креста, русская переводчица и Фред Кьюни, который просто сел в попутку у села Гехи. Сработала классическая система шпиономании, свойственная всем замкнутым военизированным общинам, которую к тому времени уже представляла собой Чечня. По нашим данным, Абу Мовсаев отдал приказ убить всех, кто находился в той-машине, даже не удосужившись формально допросить пассажиров. Тело американского гражданина Фредерика Кьюни был похоронено недалеко от Ачхой-Мартана.

Официально до сих пор Фред Кьюни считается пропавшим без вести, и его семья в США все еще старается сделать хоть что-то для прояснения его судьбы. Посольство США в Москве также несколько раз обращалось с официальными документами, но каждый раз становилось ясно, что эти розыски - не более чем отписка. Фред Кьюни был авантюристом и прожигателем жизни, который рисковал собой ради денег и дела, к которому он относился как к детективным романам про шпионов- интеллектуалов, лежавшим у него на тумбочке в гостинице. Его штатная принадлежность к ЦРУ никогда не будет доказана, поскольку это был бы едва ли не единственный случай такой смерти американского гражданина за границей, тем более в зоне, в которую Госдеп официально рекомендовал не ездить. Кьюни прошел много стран и несколько войн. Он даже спас Сараево от жажды. Но доехать до Ачхой-Мартана ему не удалось.

Теперь очередь "Московского комсомольца". Журналист этой газеты Михаил Ростовский, как правило, пишет свои статьи, основываясь на сообщениях неназванных информаторов и на слухи. Тем не менее ему удаются интересные очерки, вроде этого, о Путине.

ПРЕМЬЕР В МЕШКЕ

Вторая половина 99-го стала для высших российских лидеров временем двусмысленных рекордов. Ельцина официально занесли в Книгу Гиннеса как наиболее часто госпитализируемого действующего главу государства. Степашин стал рекордсменом по краткости пребывания в кресле премьера с 1917 года. . . Присоединится ли к этой компании "незадачливых чемпионов" и Владимир Путин? Или он все-таки сумеет дотянуть до следующего лета? Неудивительно, что сейчас аналитики исходят потом, безуспешно пытаясь выдать вызывающие доверие ответы. И мало кто замечает, что на самом деле нам впору задаться совсем другим вопросом. "Достижения прежних правительств иллюзорны, нашего - неоспоримы", - заявил как-то "МК" один из главных деятелей путинской свиты. Когда этим августом мало кому известный экс-директор Лубянки пришел в Белый дом, он воспринимался скорее как пародия на премьера и тем более - на реального кандидата в президенты. С тех пор прошло менее ста дней - рейтинг свежеиспеченного премьера рванул вверх, аки ракета. Но вот стоит ли ориентироваться только на рейтинги? Действительно ли мы так хорошо узнали Путина за эти сто дней? И не получится ли так, что нам придется избирать президентом кота в мешке? . .

Хор для премьера

Сто дней - это ныне почти вечность по меркам Белого дома. Но вот удивительно: даже для многих правительственных вельмож сегодня Владимир Путин остается такой же малопонятной фигурой, как в тот момент, когда он только обосновался в премьерском кабинете.

Что средний белодомовский придворный знает о Путине такого, чего бы не ведал интересующийся политикой рядовой россиянин?

Премьер обычно крайне ласков со всеми своими подчиненными. Но очень часто путинская благосклонность не стоит абсолютно ничего. В сентябре все умилялись гармоничным отношениям, сложившимся между премьером и его фактическим пресс-секретарем Игорем Щеголевым. Но прошло буквально несколько недель, и Путин так же нежно ворковал с щеголевским преемником. А еще через несколько деньков был заменен и этот человек. Как правило, за исключением популистских заявлений о "сортирных мочиловах", премьер на публике предельно вежлив и корректен. Но в частной обстановке он способен на сомнительные шутки типа высмеивания физических особенностей своих собственных министров.

У Владимира Владимировича, оказывается, "фотографическая" память: он запоминает наизусть только что прочитанные страницы. И в этом отчасти секрет его гладкой речи: он может, еще за полчаса до какой-нибудь встречи совершенно не владеть вопросом, но пробежит нужные бумажки - и готово.

Путин обладает уникальным для политика умением по-настоящему слушать своего собеседника. Известен случай, когда вместо планируемых пятнадцати минут одна его встреча продолжалась полтора часа. И это скорее правило, чем исключение: премьер постоянно опаздывает на любые мероприятия. Однако иногда Путин может фанатично повторять однажды затверженные тезисы и не глядя отвергать любые сомнения в их правильности. Однажды, например, корреспондент "МК" задал ему нестандартный вопрос по Чечне. Премьер не сделал ни малейшей попытки ответить.и лишь выдал годную на все случаи стандартную формулу. . .

Список, конечно, можно продолжить. Но и этого достаточно, чтобы понять, что по уровню глубины "понимания" Путина между белодомовцем и человеком с улицы есть, в сущности, только одно различие. В отличие от большинства из нас чиновник во всех деталях знает, какие сверхмощные ресурсы брошены на раскрутку светлого лика премьера. . .

Еще до образования предвыборого штаба Путина его пропагандистская машина была настолько громоздка, что смахивала на вече из представителей абсолютно всех кремлевских группировок. Главный координатор путинской информкампании Андрей Виноградов ранее вместе с Глебом Павловским был соучредителем обладающего громадным влиянием на Кремль Фонда эффективной политики. Руководитель пресс- службы Белого дома Андрей Коротков известен как ближайший соратник первого замглавы президентского аппарата Шабдурасулова. Шеф "античеченского пропагандистского фронта" Михаил Маргелов входит в ближний круг могущественного министра печати Лесина. Ответственная за связь Кремля и Белого дома Джахан Поллыева и поныне работает замглавы президентского аппарата. . . И это только самые главные действующие лица!

Очень часто деятельность всей этой разношерстной компании приводит к весьма специфическим результатам. Если во время прошлой президентской кампании имиджмейкеры убедили Ельцина танцевать под песни Жени Осина, то во время нынешней премьеру Путину чуть было не пришлось. . . обучаться хоровому пению вместе с первоклашками. Несколько недель тому назад зампреду правительства по социалке Валентине Матвиенко поступило указание из аппарата премьера. Перед финалом конкурса "Учитель года" Матвиенко должна была объявить с трибуны, что педагог-победитель автоматически становится внештатным советником Путина по образованию. Услышав об этом, многоопытная Валентина Ивановна схватилась за голову и наотрез отказалась выполнять приказ: "Они что, совсем? . . Ведь во время прошлого конкурса победил учитель труда! . ." Предчувствия вице-премьера не обманули. На этот раз финалистом оказался учитель пения. . .

Зато со своей главной задачей - созданием Путину имиджа самостоятельного, мало зависимого как от Кремля, так и от олигархов, мощного политика - премьерский агитпроп пока вроде вполне справляется. Но вот насколько этот образ соответствует действительности?

Мир да любовь

"Назовет ли президент своего преемника? . . А вы уверены, что за него хоть кто-нибудь проголосует?!" - так скептически этой весной один кремлевский сановник отреагировал на вопрос журналистов. Ельцин, как известно, в конечном итоге решил иначе. Но едва хозяин Кремля объявил россиянам имя своего наследника, как президентские царедворцы принялись исправлять "прокол" шефа: лепить Путину чуть ли не антикремлевский имидж.

. . .Когда в начале ноября 1999-го Путин возвращался из Норвегии, он вполне мог чувствовать себя триумфатором. Несмотря на все прогнозы, в Осло премьеру удалось не только не поддаться давлению Клинтона, но даже заслужить его одобрение. Зато в резиденции правительства царили паника и растерянность. И немудрено: по ее милости между Кремлем и Белым домом разразился грандиозный скандал.

У любого постороннего причина "страшного шума" способна вызвать лишь недоумение. Во время пребывания в стране викингов один из новобранцев в путинской пресс-команде, в нарушение правила о том, что о грядущих встречах президента и премьера первой всегда извещает кремлевская пресс- служба, сам сообщил журналистам о грядущей поездке шефа Белого дома в Сочи. Казалось бы, пустяк. Но узнав об этом, в Кремле сильно разозлились. Общеизвестно, что Ельцин терпеть не может давления с чьей-либо стороны. А тут получается, что путинские придворные диктуют "дедушке", когда и с кем он должен встречаться!

Как бы то ни было, вышеизложенный эпизод - чуть не единственный известный конфликт между. Путиным и Кремлем. В остальном же отношения эти весьма радужные.

"Я не хочу уезжать из страны. Но если президентом станет Примаков или Лужков, то мне, как и примерно тысяче других людей, просто придется это сделать. Единственное спасение от этого я вижу в избрании Путина", - заявил "МК" один из ближайших советников президентской семьи. Похоже, что сейчас подобные настроения овладели самыми рьяными прокремлевскими деятелями.

Глава президентской администрации Александр Волошин известен в политэлите своей полной отмороженностью. Даже от юмора Александра Стальевича несет мертвечиной. После июньского инцидента с запретом на взлет вертолета Лужкова один из близких к мэру крупных чиновников при встрече поинтересовался у шефа кремлевского аппарата: как же так? Волошин устремил на него свои холодные немигающие глаза и мрачно произнес: "Да, я должен извиниться перед Юрием Михайловичем! Я отдал авиации указание выпустить вертолет в воздух, а потом открыть огонь. Но они почему-то не послушались!" А уж о ненадежности Александра Стальевича как союзника и вовсе ходят легенды. Взять, например, ситуацию со Степашиным, которому Александр Стальевич сначала клялся в союзнических чувствах, а в самый решающий момент нанес удар в спину. . .

Но своя ахиллесова пята есть даже у "железного Стальевича". Согласно одним свидетельствам, очень часто Татьяна Борисовна обращается с Волошиным, как с нашкодившим школьником, - например, говорит с ним на повышенных тонах. По другим утверждениям, г-жа Дьяченко всегда безукоризненно вежлива по отношению к Александру Стальевичу. Но все сходятся в одном. Несмотря на свой пост, глава президентского аппарата Волошин так и не стал полноправным членом ельцинского семейства. А следовательно, Александр Стальевич прекрасно понимает, что после лета 2000 года никто не будет его особенно спасать или обеспечивать виллой на Лазурном берегу. Получается, у Волошина фактически остался только один способ удержаться на плаву: "прицепиться" к какому-нибудь перспективному кандидату в преемники. Поэтому Александр Стальевич в последнее время вел себя как идеальный премьерский союзник. В силу сходных причин такую же линию поведения избрали Игорь Шабдурасулов, Михаил Лесин и много других кремлевских политтяжеловесов. . .

В результате в эру Путина стандартная конфигурация бюрократических интриг резко изменилась. В последние годы аппараты Кремля и Белого дома, несмотря на клятвенные уверения их руководителей, почти постоянно находились в состоянии холодной войны. Теперь эта война резко затихла и оказалась оттесненной на второй план другой - не менее жестокой междоусобной битвой различных кремлевских и некремлевских групп за влияние на "кронпринца" Путина. Оказавшемуся над схваткой Владимиру Владимировичу остается подсчитывать выигранные полит-очки. Чем он с успехом занимается. Только один пример. Открытая и деятельная поддержка Путиным прокремлевского блока "Единство", несомненно, увеличила бы его шансы. Но группа кремлевских чиновников, первую скрипку в которой играли противники крестного отца "Медведя" Игоря Шабдурасулова, подняла страшный крик. Мол, открытая ассоциация премьера с обладающим двусмысленной репутацией блоком повредит имиджу "наследника". В итоге Шабдурасулову пришлось удовольствоваться лишь обещанием Путина, что он включится в игру, если "кремлевскому зверю" станет уж совсем невмоготу.

Ну а значение суммарной поддержки, которую Путину оказывают конкурирующие кремлевские группировки, переоценить и вовсе невозможно. Фактически на шефа Белого дома работают все ресурсы ельцинской свиты. Путину первому из премьеров была дана возможность демонстративно оттеснить на второй план президента. Путину позволили лечить "чеченский нарыв" своими собственными лекарствами.

Наконец, на раскрутку Путина заставили работать всю кремлевскую пропагандистскую машину, включающую самые влиятельные СМИ страны. Хотя и говорят, что между Кремлем и Березовским существует конфликт, факты демонстрируют обратное: БАБ "отскочил" от дела "Аэрофлота", а его ручная пресса вовсю восславляет подвиги премьера.

Но бесплатный сыр бывает, как известно, только в мышеловке. За все эти дары Владимиру Владимировичу приходится платить. Причем самым ценным товаром для кандидата в президенты - самостоятельностью.

Длинные вожжи в Белом доме

"Тебе дается абсолютный карт-бланш! Хочешь уволить Калюжного? Нет проблем! Аксененко? Пойдем даже на это!" - как стало известно "МК", примерно такое напутствие от верхушки Кремля Владимир Путин получил еще в августе 1999-го. Услышь такое предложение прежний премьер Степашин, он бы вмиг потерял голову от радости и через секунду приволок готовый проект указа. Но бывалый разведчик Путин решил сыграть в более тонкую игру.

Отставки всех верховных боссов Белого дома в последнее время были почти напрямую связаны с их неспособностью правильно поставить себя по отношению к олигархам. Чубайс в 97-м перестал быть "параллельным премьером" России после того, как в драке за "Связьинвест" открыто встал на сторону одной группировки - Потанина и Ко. Кириенко старался соблюдать принцип равноудаленности и добился того, что против него объединились почти все. Объявивший войну олигархам Примаков, казалось бы, добился своего, но длинная рука "придворных бизнесменов" достала его через Кремль. Степашин пытался осуществить принцип "Давайте жить дружно": например, помешал Кремлю устроить "резню" в руководстве "Газпрома". В результате Сергея Вадимовича выкинули на свалку быстрее всех его предшественников. . . Казалось бы, на момент водворения Путина все возможные варианты премьерского поведения были исчерпаны. Но питерский пришелец все- таки сумел найти "четвертый угол в треугольнике".

Справедливости ради надо отметить, что Путин вовсе не оказался умнее, чем его предшественники. Просто ему неожиданно повезло. К этому лету конъюнктура на мировых рынках топлива радикально изменилась. Если в некоторые месяцы прошлого года за баррель нефти, например, давали всего 9 долларов, то сейчас меньше чем за 21 "зеленый" черное золото не купишь. Большинство российских обывателей пропустили этот факт мимо ушей. А зря. Экс-премьер Кириенко в разговоре с корреспондентом "МК", не скрывая зависти, заявил: "Если бы такие цены держались в мое время, то никакого августа-98 не было бы! . ." В переводе на понятный язык: скачок биржевых цен привел к тому, что в стране образовался излишек валюты. А значит, экономика России оказалась обреченной на улучшение даже при условии полного бездействия правительства. Свою роль сыграло и резкое обострение обстановки в Чечне. Все восприняли как должное, что львиную доля своего внимания Путин должен уделять не традиционным для премьера экономическим обязанностям, а разборкам с ичкерийцами. В результате всего этого у хозяина Белого дома появилась возможность выбирать, чем ему заниматься. И этой возможностью он воспользовался на полную катушку.

Утверждать, что Путин совсем не следит за экономикой, было бы передергиванием фактов. Он следит за поведением своих "хозяйственных" замов и оставляет за собой право последнего слова при принятии самых важных экономических решений. Однако поводок, на котором Путин держит Аксененко и Христенко, весьма длинен. Оба первых вице-премьера обладают очень значительной свободой в выборе ходов. В этих условиях Николай Емельянович Аксененко превращается из обузы в очень важный премьерский ресурс. Наличие в Белом доме лоббирующего интересы Абрамовича и прочих подобных граждан "вице-премьера Шпалы" сохраняет олигархов счастливыми и довольными. А имидж Путина при этом остается незапятнанным: все двусмысленные решения принимают ведь отвязные Аксененко с Калюжным, а вовсе не погруженный в дела Чечни премьер. Но этим полезность Емельяныча для хозяина Белого дома не исчерпывается. В окружении премьера не делают секрета из того, что если в скором будущем на правительство вдруг будут наезжать за провалы в экономике, то роль "пушечного мяса" и козлов отпущения отведена именно первому вице- премьеру по промышленности и шефу Минтопа.

В течение последних месяцев в этой схеме, позволяющей премьеру использовать "Шпалу" в хвост и в гриву, произошел только один сбой - и то из-за некомпетентности сладкой парочки Аксененко-Калюжный. Но и этого одного- единственного сбоя оказалось достаточно, чтобы и имидж Путина, и равновесие сил внутри Белого дома едва не отправились к чертовой матери.

Ситуация с "Транснефтью" с самого начала относилась к числу тех, от которых хитроумный Владимир Владимирович предпочитал держаться как можно дальше. Едва придя в 1998 году к власти, премьер Кириенко почти сразу же заменил на близкого к себе человека тогдашнего шефа "Транснефти" Черняева. Патрон Черняева - Роман Абрамович - был разъярен и поклялся отомстить. Но до этой осени у Романа Аркадьевича ничего не получалось. Даже после увольнения из премьеров Кириенко оставался в кремлевской колоде, и "раскулачивать" его было бы нелогично. Но тут Сергей Владиленович сам подставился: вдруг начал выступать с антипрезидентскими речами. В самом конце этого лета Кремль сделал ему последнее предупреждение. Охране тогда еще занимавшего госдачу экс-премьера позвонили из одной околопрезидентской конторы и спросили: "А чой-то вы до сих пор не освободили помещение? . ." Кириенко намек не воспринял и просто арендовал на средства своей партии другую дачу. В результате запрет на "мочилово" Сергея Владиленовича был снят.

Защита прокириенковского босса "Транснефти" Савельева в таких условиях стала равнозначной открытому конфликту с Абрамовичем. Но открытая поддержка Абрамовича столкнула бы Путина с Анатолием Чубайсом, с которым Кириенко все еще связывают многие нити. Как и можно было бы предположить, премьер и на этот раз принял соломоново решение: оставил Аксененко и Калюжному довольно двусмысленные инструкции, а затем отбыл в самую дальнюю точку планеты - Новую Зеландию. . . Если бы "сладкая парочка" хорошенько продумала свои действия, то скандал бы, конечно, все равно возник, но не в таких грандиозных масштабах. Но два горе-министра, как известно, провели операцию самым грубым и юридически некорректным способом. К моменту возвращения Путина из Окленда конфликт не только не был улажен, но находился в самом разгаре. А дальше Путин и вовсе оказался публично униженным: московская милиция нарушила его категорический запрет не штурмовать "Транснефть".

В краткосрочном плане все это, конечно, сильно ударило по путинской репутации. Но премьер решил и на этот раз не идти на обострение и никого не увольнять. И в конечном итоге циничный расчет на то, что "вскоре все об этом позабудут", вновь оправдался. Премьер получил даже некое тактическое преимущество. В очередной раз оскандалившийся, Аксененко стал вести себя еще более скромно. Многие уже начали подзабывать о существовании недавнего кремлевского фаворита - так редко Николай Емельянович появляется сейчас на телеэкране. . .

Синдром сирены

Получается, что по сути дела Путин может похвастаться только одним реальным достижением. Именно нынешний премьер вроде бы начал разгрызать орешек, который все его предшественники даже боялись взять в рот, - Чечню. . . Но и здесь все не так просто.

Если вспомнить чеченскую хронику последних месяцев, то нельзя не прийти к выводу, что во многом премьер просто реагировал на происходившие события. Не ответить силой на вторжение боевиков в Дагестан Путин просто не мог. Любое другое решение означало бы добровольную сдачу Северного Кавказа. Вынужденным было и принятие крутых мер к ичкерийцам после сентябрьских взрывов в Москве. При проявлении нерешительности правительство было бы сметено. . . И никто пока не может дать гарантии, что очередная чеченская операция обязательно закончится.

Вывод из всего этого можно сделать только один. Путин может с одинаковым успехом оказаться и действительно неплохим премьером, и "полным провалом". Но прогнозировать с уверенностью какой-то из этих вариантов аналитики просто не в состоянии. Ведь тот Путин, которого мы видим на экранах телевизоров, на 2/3 - продукт кремлевской пропаганды. Ну а истинное лицо Владимира Владимировича, его взгляды по ключевым вопросам развития страны, его истинное отношение к кремлевской олигархии - все это пока остается за кадром. . .

Однако известно, что кремлевская верхушка никогда не занималась политблаготворительностью. Наивно думать, что она выбивается из сил, раскручивая кандидата в президенты Путина в обмен на "спасибо". Так что вопрос о том, какие гарантии обещаны премьером Дьяченко, Абрамовичу, Березовскому и прочей подобной публике, обязательно возникнет.

Разумеется, раскрыться премьер сейчас просто не может. Пример его предшественника Степашина слишком хорошо иллюстрирует, что бывает с теми, кто пытается сохранить нормальные человеческие реакции в кругу "кремлевских волков". Но избирать неизвестно кого в президенты - явно не в интересах российского электората.

Согласно древнегреческим мифам, те моряки, которые поддавались на увещания сладкоголосых сирен и плыли за ними, сначала ощущали райское блаженство. Зато их конец был ужасным: "певички" заманивали их в совсем уж гиблые места. . . То же самое может случиться и с нами, если мы и дальше будем слепо верить музыке сладкоголосых кремлевских сирен на тему о том, какой ангел у нас в премьерах. Ведь тупая вера - это дорога в никуда.

"Письма" - это только мое дело, и члены семьи в него не вмешиваются и "письма" не читают. Однако, познакомившись с несколькими письмами читателей, которые переслал мне Алексей Липчин, они прониклись ко мне уважением и теперь иногда говорят: "А вот такую-то статью ты использовал?"

Обычно это именно те статьи, на которые я обращаю внимание. Но так бывает не всегда.

Приведу статью - из "Общей газеты", которую даю именно с такой подсказки.

ВЫШЛА ОЧЕНЬ СВОЕВРЕМЕННАЯ КНИГА

ОБЩЕСТВО уже все глаза проплакало оттого, что выборами якобы правят "грязные технологи", которые творят с избирателями ужасные вещи. Но есть именитые партии, которые то ли по недоразумению, то ли от большого ума не нанимают "грязных" политических технологов. В этих партиях всё делают простым естественным способом, который в старые времена назывался "пропагандой и агитацией". Таким путем всегда шла КПРФ, а поскольку путь этот привлекателен своей простотой, то им пошел и черномырдинский НДР.

Еще в конце августа на съезде "Нашего дома" можно было заметить, что делегатам кладут в папочку детскую книжку в глянцевой обложке под названием "Школа тигра". Журналистам этой книжки в папочку не положили. Теперь понятно, почему. "Школа тигра" - вовсе не детская книжка, а авантюрный роман, главным героем которого является бывший глава правительства России по имени Виктор Степанович, при котором страна стала процветать. Если читатель не догадался, о ком речь, так вот - героя трилогии, выпускаемой издательством "Роман-газета", зовут Виктор Степанович Уралов.

Говорящая фамилия "Уралов" пришла автору на ум потому, что, торопливо сочиняя роман бессонными ночами, он не знал, что Черномырдин будет баллотироваться не в уральском городе Оренбурге, а в Ямало-Ненецком автономном округе. А сравнение героя с тигром - оттого, что Черномырдин его неуклонно напоминает. Правда, напоминает тигра и другой герой - разведчик Андрей. Поэтому в романе действуют два тигра.

Интрига произведения такова. Бывший боец элитного подразделения КГБ Андрей Ермаков, по шпионской надобности объездивший весь мир, ищет золото партии. В работе ему помогает "суперпеленгатор с логофильтром", изобретенный рязанским другом. "Логофильтр был настроен на вполне определенные слова: "Ельцин, Уралов, золото, доллар, рубль, Кремль, слабая Россия, коммунисты, демократы". И вот однажды в Лондоне Андрей, включив свой прибор, сразу же услышал русские слова: "Господа, мы этого не ожидали, в наш сценарий не вписывается такой Уралов. Мы думали, что Ельцин назначит его премьером на короткое время, а он уже шестой год возглавляет правительство, и на сегодняшний день любой, работающий в России, может позволить себе на зарплату купить телевизор или стиральную машину. Русские обретают слишком большую уверенность в себе, ту уверенность, которая может их спасти. Где же слабая Россия, я вас спрашиваю, господа?" Второй собеседник спросил, что же, мол, с этим Ураловым делать. Первый ответил: "Запустить реализацию плана. . . как это сказать по-русски? Да, плана "Чехарда".

Вот так, с легкой руки мерзких западных воротил, Россия лишилась чудесного премьер-министра Виктора Степановича Уралова.

Еще раз пересеклись дорожки разведчика Андрея и Виктора Степановича в Югославии. Андрей распутал сложнейшую интригу: оказывается, сербский генералитет продавал через Черногорию оружие албанцам. Андрей хотел передать эти документы Уралову, но тот и без него все уже знал - тоже тигр все-таки! На следующий день Уралов предъявил Милошевичу ультиматум. Какой - в книге не говорится. Но, видно, Степаныч крепко шантажнул Милошевича, и тот испугался.

Роман "Школа тигра", в котором Виктор Степанович Уралов спасает мир от третьей мировой войны, издан на деньги "Газпрома", о чем честно написано в конце произведения. Вышел пока первый том из обещанных трех, тираж - 25000 экз. Издание, видимо, недешево, но поскольку это не обыкновенная агитка, а плод художества, интересоваться законностью его финансирования Центризбирком не обязан.

Художественность же данной вещи вопиет буквально с каждой страницы.

"Когда на часах было далеко за полночь, Рэм Андреевич Храмов, здешний руководитель движения "Наш дом - Россия", спросил Уралова: "Виктор Степанович, расскажи нам по-дружески, доверительно, о твоей эпопее по прекращению безумных бомбардировок в Югославии. Российская пресса почему-то замалчивает этот факт твоей нелегкой биофафии".

Виктор Степанович все честно рассказывает. А романист Александр Ребров все подробно записывает. А Рэм Иванович Вяхирев издает. Простая, чистая технология. ЦИК носа не подточит.

Елена ТОКАРЕВА


<<- previous letter | back to main page | next letter ->>